В первый раз я увидела Наджие, когда ей исполнилось два месяца.

Было собрание "Крымкой солидарности" - это, кто не знает, гражданская инициатива в Крыму, которая возникла в 2016 году после начала массовых арестов крымских татар на полуострове. Инициатива объединила вокруг себя гражданских журналистов, адвокатов, родственников политзаключенных, активистов, а потом и очень многих неравнодушных, кто солидарен с тем, что все обвинения по отношению к украинцам и крымским татарам в Крыму являются политически мотивированными делами. Вот тогда я и познакомилась с Наджие впервые.

Ежемесячное собрание "Крымской солидарности", координировал ее папа, правозащитник Сервер Мустафаев. Потом я встретилась с Наджие, когда ей было пять месяцев, дома у Мустафаевых, сразу после ареста Сервера. Его обвинили в организации ячейки "Хизб ут-Тахрир" в Бахчисарае и упекли в Симферопольское СИЗО, где он находится и сейчас. Человека, который помогал тем, кого посадили по надуманным обвинениям, посадили по надуманному обвинению. Такой вот страшный крымский парадокс.

Разблокируйте чтобы читать дальше
Чтобы прочитать этот текст, пожалуйста, оформите подписку