Как случилось, что в разгар ХХI века, находясь в "географическом центре" Европы и имея за плечами более четверти века проб и ошибок - в основном, конечно, ошибок – Украина остается сегодня без внятного проекта развития собственной государственности?

Лихорадочно перепробовав все возможные векторы и потратив почти тридцать лет на пустые разговоры о "национальной идее", сегодня мы имеем на руках крайне скудный набор карт. Стратегическое видение государственности, если оно вообще есть, сводится к трем основным альтернативам: европейской; не-российской; и национально-ориентированной. При должном умении и профессионализме каждая из них могла бы стать перспективной и жизнеспособной. Но поскольку мы имеем то, что имеем, все они остаются проработанными лишь до уровня лозунгов, а внятные способы их воплощения в жизнь так и не определены.

Европейская идея была хороша в Польше и Чехии, Венгрии и Словакии – короче говоря, в странах Восточной Европы – лет двадцать-двадцать пять тому назад. Европа была тогда другой, более многообещающей и более единой. Евроинтеграционный проект был перспективной инвеситицией в будущее. Присоединиться к нему хотели многие. Казалось, Европа нашла принципиально новый путь, который гарантировал мир и процветание. Притягательность европейских ценностей была настолько сильной, что спекулировать ими привыкли даже страны, на практике от них далекие – в том числе Украина. Еще в 1998 году президент Кучма подписал указ об утверждении стратегии интеграции Украины в ЕС. С тех пор еврориторика постоянно присутствует в речах украинских политиков. Обещать светлое европейское будущее легко, просто и недорого. Обещания такого рода надежно вошли в арсенал всевозможных политических партий и их подобий, однако при этом Украина остается примерно так же далека от вступления в ЕС, как была двадцать лет назад.

Разблокируйте чтобы читать дальше
Чтобы прочитать этот текст, пожалуйста, оформите подписку